 Ноль часов 1 января. Грохот петард, фейерверки, звон бокалов — и возглас «Благословенно Царство Отца и Сына и Святаго Духа». В саратовских храмах начинается первая в наступившем календарном году Божественная литургия. Некоторые священники специально стараются сделать так, чтоб возглас пришелся как раз на полночь.
Своими впечатлениями о Литургии в новогоднюю ночь делятся те, кто устойчиво предпочитает ее праздничному застолью, фейерверкам и телевизору.
***
АЛЕКСАНДРА ВАСИЛЬЕВА, БИОЛОГ:
— Как ни странно это звучит, новогоднее богослужение не вступает в резкий диссонанс с шумной праздничной ночью. Нет, оно вполне органично в нее вписывается.
Дело в том, что ведь и в эту ночь кто-то работает. Кто-то дежурит по вокзалу, кто-то следит за приборами в котельной, кто-то принимает роды, а кто-то едет по визжащим, поющим и стреляющим улицам на патрульной машине. Всегда есть люди, которым и в эту ночь нельзя расслабиться. Пусть не совсем добровольно, пусть по должности, но они принимают на себя эту тяготу, это лишение — ради сограждан.
Мы в отличие от них — стопроцентные добровольцы. В этом наше счастье. Мы в эту ночь молимся за всех — бурно веселящихся на улице или уткнувшихся в телевизор, пускающих фейерверки или пытающихся уснуть. Благодаря нашим скромным усилиям год для города начинается — не только с грохота петард, но и с молитвы тоже; и это, наверное, для всех горожан имеет какое-то значение.
Я была очень рада, когда поняла, что во мне и в тех, кто молится рядом со мной, начисто отсутствует ханжеское осуждение: «Как им не совестно, пост идет, а они вино пьют, пляски бесовские устраивают…». Мы никого не упрекаем, мы оставляем своих ближних свободными, поскольку свободны сами. Хотя мы были бы очень рады, конечно, если бы эта ночь стала другой и для них тоже; если бы Рождество Христово и для ближних наших тоже значило неизмеримо больше, чем начало нового календарного года.
ЕЛЕНА ЕРМАШЕВСКАЯ, ВОСПИТАТЕЛЬ ДЕТСКОГО САДА:
— Желание пойти в новогоднюю ночь в храм, на богослужение родилось у меня, можно сказать, спонтанно. Но это был не каприз, а духовная потребность. Муж меня поддержал. Старшему сыну мы объяснили, что Новый год надо начинать с молитвы за всю семью, а младшей дочери, в силу ее возраста, ничего не говорили. Она с рождения в храме, и для нее это естественно. Вот так мы пошли в первый раз, а потом это стало нашей семейной традицией.
Меня не раз спрашивали: «Вы и детей с собой берете? Но ведь это на всю ночь, а как же детский сон?». Но ведь в эту ночь сотни ровесников наших детей тоже не будут спать, встречая Новый год с родителями! Детей можно уложить спать после обеда, а после службы в новогоднюю ночь напоить чаем со сладостями.
Новогодняя ночь наполняется особенным смыслом, когда ты молишься за свою семью, близких и, как ни высокопарно это звучит, за Родину, за Россию.
Мы живем спеша, на бегу, не оглядываемся, торопимся. Богослужение в новогоднюю ночь помогает остановиться и задуматься о быстротекущем времени, которое нам Сам Бог дал и которым мы должны дорожить. Самая главная задача для нас как для родителей — привести детей к Богу. Чтобы у них было то, чего лишены были в детстве мы, октябрята и пионеры. Вот почему мы приводим детей в эту ночь в храм и стараемся сделать так, чтобы они причастились.
НАТАЛЬЯ ВОЛКОВА, ЗАМЕСТИТЕЛЬ ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА ГАЗЕТЫ «ПРАВОСЛАВНАЯ ВЕРА»:
— Уже лет пять я ощущаю переход от одного года к другому, от декабря к январю как формальность. Вот висит на стене календарь, кончается — его выбрасывают и покупают новый. Что здесь праздновать? Так принято? А если это не радует?
Раньше мне было сложно отказываться от приглашений в гости в новогоднюю ночь; не готовить гору еды, которую потом трудно одолеть, особенно если ты постишься… Но в прошлом году у меня, наконец, получилось. Я решила пойти в новогоднюю ночь в храм — и пошла. Никаких преград мне никто чинить не стал — друзья и родные меня поняли. Кто-то даже немного позавидовал и, может быть, пойдет со мной на ночную Божественную литургию в этот Новый год.
Когда ты стоишь в храме, священник возглашает «Благословенно Царство…», а на улице начинается салют — тебя переполняет огромная радость. И она, эта радость,— не надуманная, не искусственная, она не вызвана выпитым шампанским. Ты радуешься тому, что стоишь в церкви, где тепло и светло, а главное — спокойно. Где нет специально подготовленного праздничного безумия с шариками и сжиганием записок с желаниями, с громкими криками и бессмысленным весельем. В храм ты приходишь, чтобы получить возможность радоваться по-настоящему — и в Новый год тоже.
ПРОТОИЕРЕЙ ДИМИТРИЙ ПОЛОХОВ, НАСТОЯТЕЛЬ САРАТОВСКОГО ХРАМА В ЧЕСТЬ КАЗАНСКОЙ ИКОНЫ БОЖИЕЙ МАТЕРИ:
— Богослужение в новогоднюю ночь мы совершаем уже давно, лет девять или десять. Мы, священники, ничего никому не навязывали: инициатива эта пошла исключительно «снизу». Оказалось, что достаточно большая группа наших прихожан — от тридцати до пятидесяти человек — желает встречать наступающий год среди единоверцев, своих братьев и сестер, в духовном общении с ними. С той поры желающих не убывает. Прихожане сами собирают деньги и покупают продукты для постной трапезы после Божественной литургии. Клуб бардовской песни «Георгиевский крест» организует для нас небольшой концерт.
После Литургии у нас совершается молебен на начало нового года. Хотя этот молебен обычно служат в начале церковного нового года, 14 сентября (1 сентября по ст.ст.), в современной традиции его совершают и в день гражданского новолетия. Для верующего человека очень важно получить благословение Божие на наступающий год и поблагодарить милосердного Господа за все Его благодеяния в году прошедшем. У некоторых нецерковных людей есть такое представление: как встретишь Новый год, так он и пройдет. Так вот, мы встречаем его в молитве, в общении с Богом, а чего лучшего можно желать верующему человеку?
АРКАДИЙ ШУР, ДИРИЖЕР САРАТОВСКОГО АКАДЕМИЧЕСКОГО ТЕАТРА ОПЕРЫ И БАЛЕТА:
— Мы с женой встречали Новый год в храме уже много раз, и я как-то не особенно анализировал, почему, для чего. Я знаю, что банальная встреча наступающего года за столом и перед телевизором, когда люди просто сидят, едят, пьют, говорят ни о чем — это неинтересно. А приходишь в храм — там какое-то единение душ происходит. За праздничным столом может возникать иллюзия такого единения, но именно иллюзия, поскольку все во хмелю, все неадекватны. А в церкви люди объединяются по-настоящему.
Еще одна, а может быть, главная причина нашего выбора — Рождественский пост. Не хочется его нарушать, не хочется сидеть среди разнообразных заманчивых яств, хочется быть подальше от соблазнов и поближе к Богу.
Наши родственники и друзья в какой-то мере, может быть, огорчаются, что мы не празднуем вместе с ними. Однако первого января, во второй половине дня мы всегда приходим к ним и поздравляем их с Новым годом. И они принимают всё как есть, и никто ничего не теряет. Ведь минувший год — это год прожитый, пережитый, и не мною одним — вместе с моими родными и близкими. Это определенный рубеж. И поэтому мы встречаемся, обсуждаем события минувшего года. И я бы слукавил, если бы сказал, что Новый год для меня не праздник, поскольку нет такого праздника в церковном календаре. Конечно, это праздник! И не только потому, что я большую часть своей жизни прожил все-таки в Советском Союзе, и мне совсем не хочется разом отказываться от всего, что было там. Но еще потому, что это ведь не просто, скажем, 2015 год, а 2015 год — от Рождества Христова. Церковный и светский календари связаны, и мы как бы примиряем их, встречая Новый год в храме. И в этом году мы непременно пойдем опять туда же. Потому что там нам хорошо.
Газета «Православная вера» № 24 (524)
Марина Бирюкова
Православие и современность
31 декабря 2014 г.
|
