 Прошло девятнадцать лет со времени ликвидации Советского Союза и семнадцать лет — со времени драматических событий октября 1993-го. За это время свободная Россия прошла большой путь.
Два десятилетия, прошедшие с начала «демократических преобразований», были неоднородными и подчас противоречивыми. Воодушевление от «перестройки», «ускорения» и «гласности» было объективно обусловлено тем морально ослабленным внутренним состоянием, в котором находился Советский Союз к концу 1980-х годов. Длительный период скромной стабильности и скучной официальной морали естественным образом увенчался освобождением дремлющих инстинктов в обществе. Наверно, все так или иначе помнят ту эйфорическую атмосферу, царившую в тот непродолжительный период среди людей. Казалось, что вот-вот — и жить станет еще лучше, но намного интереснее... В то время были весьма распространены примитивные, демагогические, но очень привлекательные идеологические штампы, которые прочно владели общественным сознанием того времени и в значительной степени определяли атмосферу. Было введено в народный обиход устойчивое словосочетание «в нормальных странах», причем под этими «нормальными» подразумевались страны Запада (Запада не в географическом, а в духовном и мировоззренческом смысле) и, в первую очередь, естественно, США. По телевидению рассказывали красивые сказки про то, что «невидимая рука рынка» обеспечит высокое качество товаров народного потребления и приемлемые цены на них («как в нормальных странах»). Под эти сказки разрушались отечественные инфраструктура, производство и сельское хозяйство. В сознание народа вдалбливалось, что только частный собственник может навести порядок на производстве и в сельском хозяйстве, и вообще во всех материальных сферах. Особо следует сказать о культурной стороне. Под предлогом установления «свободы слова» на телевидении и в печатных СМИ была создана атмосфера духовного и культурного нигилизма. Справедливости ради следует сказать, что в создании этой атмосферы принимали активное участие некоторые представители так называемой «творческой интеллигенции» (как они сами себя называли). Почувствовав грядущие перемены, они стремились любой ценой обеспечить себе место в идеологической обслуге новой власти...
Уже в начале 1990-х годов в принципе было ясно, что курс, который «выбрала» наша страна, не самый лучший из возможных. «Черный октябрь» 1993-го жестко и беспощадно показал, что возврата к прошлой жизни не будет. Но культ частной собственности прочно овладел людьми, и иллюзии о возможности благоденствия («если много работать...») оказались живучими. Еще бы, ведь работал колоссальный идеологический механизм, аморальный и лишенный стыда... С начала «перестройки» до конца XX века на тот свет ушел огромный массив народа, в значительной степени молодого и (модное слово) пассионарного. Миллионы людей отравились спиртом «Роял», убили друг друга в схватках за собственность, уехали в поисках счастья и сгинули, и т. д.
Начало XXI века для народа России прошло под властью очередных надежд и чаяний. Казенная версия патриотизма, пришедшая на смену агрессивной проамериканской идеологии, показала свою актуальность. С одной стороны, общественное сознание уже отвергало скомпрометировавшие себя либерально-демократические догмы, с другой стороны — идея единства, основанная на романтической системе национально-государственных и религиозных образов, оказалась приемлемой и для «простого народа», и для властных структур (в их полноте). В какой-то момент стало казаться, что страна нащупала подходящий путь... В это время частный собственник завладел всем. Его «эффективность» явственно проявилась в период экономического кризиса, особенно в период августовских пожаров. С прежними временами оголтелого либерализма новейшее время роднит та атмосфера ненависти к нашему прошлому, которая продолжает царить на телевидении и в СМИ... И т. д.
Недавно мы узнали, что «мы только в начале пути». Лиха беда начало…
Иван Голубничий, секретарь Правления Союза писателей России
|
