Вокруг Соловецкого монастыря сегодня существуют определенные проблемы. Отрицать их — значит закрыть самим себе путь в будущее. Пожалуй, главная из этих проблем в том, появится ли на месте гибели жертв Соловецкого концлагеря музейный, научный и учебно-просветительский центр их памяти, на чем настаивает Патриарх, либо же бизнес создаст здесь международный рекреационный центр «а-ля рюс» для ищущих отдыха и развлечения туристов. Это как раз тот самый действительно серьезный вопрос, от которого автор статьи «VIP-скиты» вместо турбаз» пытается увести внимание читателей к пространным рассуждениям о том, почему недопустимо передавать Церкви имущество религиозного назначения.
Соловки — типичный пример того, какие тугие узлы противоречий завязала история нашей многострадальной страны в минувшем столетии. Работники музея отстаивают свое право на владение монастырским культурным наследием. Церковь напоминает, что монастырь в свое время строился именно монахами и для монахов, а в годы гонений Соловки стали русской Голгофой, местом гибели множества священнослужителей и мирян. Разве может такое место быть домом отдыха или турбазой? В свою очередь, туристы с советских времен привыкли приезжать сюда полюбоваться северной природой и хорошо отдохнуть, мало соотнося свой отдых с тем, что ходят они по всероссийскому кладбищу, месту великой трагедии ХХ века. Есть, конечно же, свои интересы у организаторов туристического бизнеса. И, отстаивая эти интересы, они порой позволяют себе нечестные приемы. Ложь о Соловках в условиях рыночной экономики выгодна слишком многим.
Вот и автор статьи о мифических VIP-скитах (которых пока что нет и не предвидится, но которыми всех уже старательно пугают) откровенно передергивает факты. Что сказать, к примеру, на утверждение, будто «расходы по содержанию переданных монастырю зданий продолжает нести музей, то есть госбюджет»? Можно ответить только вопросом на вопрос: откуда такие смелые утверждения, никак не подкрепленные фактами? Да и нет этих фактов в природе. Монастырь из госбюджета не финансируется. Вряд ли это ошибка, скорее нарочитая неправда.
Такая же, как и утверждение о том, будто «в ведение монастыря за этот год перешли не только все важнейшие здания и памятники, но и часть коммунальной инфраструктуры острова — причалы, дороги». На самом деле никто не передавал Церкви ни причалы, ни дорожную сеть.
Также в статье упоминается остров Валаам, на который якобы нельзя попасть без специального одобрения паломнической службы. При этом автор не объясняет, каким образом попадают туда сотни туристов, ежедневно отправляющихся на Валаам теплоходами от Речного вокзала Санкт-Петербурга.
Помимо всей этой лжи, то ли случайной, то ли нарочной, есть еще манипуляция фактами. К примеру, среди жителей острова действительно есть те, кто выражает озабоченность по поводу возвращения Церкви ее исторического наследия. При этом нельзя игнорировать приветственный адрес, переданный Святейшему Патриарху Кириллу в августе этого года, под которым оставили свои подписи 400 человек, жители и гости Соловецкого архипелага. В частности, в документе говорится: «Наконец-то прекратилось противостояние музея и монастыря. Благодаря усилиям нового наместника монастыря, назначенного ныне и директором музея, активизировалось растянувшееся на многие годы возвращение Соловецкому монастырю его исторического достояния». Отметим, что Церковь очень чутко относится к нуждам соловчан. Недаром на встрече с поселковыми властями Соловков Патриарх так много говорил о необходимости социальных гарантий местным жителям.
Удобно защищать коммерческий туризм, называя его «светским» в пику паломничеству. Удобно столкнуть в очередной раз музейщиков с духовенством: пусть выясняют отношения друг с другом, пусть опять друг друга проклянут, забыв, что цель у них одна — сохранить святыню. В романе Стругацких герой называл этот прием «кидать камни по кустам», то есть отвлекать людей, пускать их по ложному следу, вести к ложной цели. В нашем случае эти камни летят в адрес Церкви. Пугая людей мифическими зловещими намерениями, легко затемнять реальные проблемы, уводить в тень собственные интересы.
А пока идут споры, под шумок можно и дальше расширять свой бизнес, паразитируя на историческом наследии Церкви и инфраструктуре Соловков. К слову, люди, которые этим занимаются, вряд ли считают себя неправыми. Скорее всего, они судят по самим себе и действительно верят в то, что Церкви нужны только VIP-скиты, а музейщикам лишь VIP-экскурсии. Ведь молитва, наука и просвещение — слишком далекие понятия, чтобы принимать их в свои коммерческие расчеты.
Конечно, в том, что сегодняшняя ситуация так легко поддается недобросовестным толкованиям, есть свои причины. Далеко не все работники музеев готовы профессионально решать современные задачи общенационального значения. Церковь же только приступает к формированию комплексного долгосрочного проекта сохранения и восстановления Соловков и недостаточно информирует общество о своих первых шагах. Но и Церковь, и музейных работников можно понять. Первая не торопится с обнародованием масштабных планов, еще не прошедших всесторонние профессиональные обсуждения, дабы не совершить ошибку. Вторые переживают за дело всей своей жизни, что вполне понятно и похвально.
Увы, если монастырь и музей, Православие и культуру удастся поссорить, задача тех, кто сегодня бросает по кустам камни, увенчается успехом, и коммерция решительной поступью выйдет на передний план. А значит, на Соловках не будет ни монашеской молитвы, ни центра памяти о подвиге и трагедии ХХ века, о котором мечтает Патриарх. Зато будет еще больше сувениров, отдыхающих туристов, шашлычных. И танцев на костях наших предков.
|
