«То, что получилось в результате (с написанием учебников для этого курса), это лучшее, что могло быть в существующих условиях, но эти условия, на мой взгляд, показали формальный подход в образовательной системе к упомянутому эксперименту. Был указ, его надо было выполнять, а как это делать - никто до конца не знал, и получили довольно уродливый результат», - заявил корреспонденту «Интерфакс-Религия» в понедельник, 27 декабря 2010 года, глава департамента общественных связей ФЕОР Борух Горин.
По его словам, условия, в которых составлялись учебники для эксперимента, в том числе учебник по основам иудаизма (его писал пресс-секретарь главного раввина России Берла Лазара Андрей Глоцер), «отсутствие должного методического подхода, когда религиозным организациям предоставлялась возможность писать, как Бог на душу положит, а также откровенная позиция Минобрнауки о том, что «мы не знаем, что это такое и как с этим поступить, и поэтому надеемся исключительно на религиозные организации», привели к тому, что и учебник иудейской общины не только не совершенен, но и мало применим в системе преподавания».
Кроме того, продолжил Б. Горин, те сроки, которые были поставлены для написания учебников, - несколько месяцев - «не могли дать другого результата».
Он также отреагировал на комментарий главы синодального Отдела по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерея Всеволода Чаплина, который священник дал в ответ на недавнее интервью Б. Горина французскому журналу «Русский курьер». Представитель ФЕОР заявлял в нем, что «люди нуждаются в религиозном образовании, но им должна заниматься не школа. Для этого нужны специалисты». Между тем в современной России, по его словам, всего «несколько сотен людей, способных грамотно изложить основы тех или иных религиозных убеждений».
В этой связи отец Всеволод указал на то, что во всем мире преподавание знаний о религии происходит «именно в школе, государственной или частной», и в России исключить такое преподавание из государственной школы - это значит «несправедливо лишить знаний подавляющее большинство детей, поскольку только государственная школа у нас является общедоступной». По его словам, в России уже есть «десятки тысяч преподавателей, способных грамотно обучать знаниям о религии».
На это Б. Горин ответил, что в этом вопросе у него с отцом Всеволодом «несколько разные взгляды».
«Я полагаю, что современная образовательная система в России, к сожалению, показывает, что и преподавателей существующих светских предметов, что называется, от Бога крайне мало. И оттого, что во всех российских школах преподается русская литература, совершенно не выходит, что какая-то хотя бы серьезная часть школьников выносит из школы не только знание русской литературы, но даже уважение к ней», - отметил он.
По словам представителя иудейской общины, данные ровно противоположные: «большинство наших выпускников, которые проходили в школе, например, «Войну и мир» или «Преступление и наказание», не берут эти книги в руки как минимум до 30 лет», и в большей части школ преподают русскую литературу так, что «скорее у детей возникает ощущение, что это какая-то смертная скука, к ним не имеющая никакого отношения».
«Мне кажется очень опасным и для общества, и для религиозных организаций, и для религии как таковой, если наши дети будут выходить из школы с таким же представлением о религии, о вере. Знание собственной культуры, литературы - это важная вещь, и нелюбовь к ней опасна, но нелюбовь и неуважение к религии и к вере опасно вдвойне или втройне, потому что в результате мы получаем аморальных людей, которые ко всей человеческой нравственности, построенной на религии, относятся в лучшем случае индифферентно, а в худшем - враждебно», - подчеркнул Б.Горин.
«И если десятки тысяч преподавателей, которые, как говорит отец Всеволод, существуют, в состоянии на должном уровне привить детям не только знания о религии, но и уважение к ней, то я буду рад ошибаться. Я, к сожалению, думаю, что это не так», - сказал он.
В подтверждение своих слов Б. Горин заметил, что ему достаточно посмотреть учебники, которые были подготовлены в рамках упомянутого эксперимента, «и вообще наблюдать за процессом того, как эти учебники писались и принимались», чтобы опасения «только усилились».
|
