― Согласно решениям последнего Архиерейского Собора в области богословского образования священников, которые в прошлом в силу объективных причин не смогли получить богословское образование, обязали восполнить этот пробел. Есть ли статистические данные, какому количеству священнослужителей необходимо получить богословское образование? Как быстро будет проходить этот процесс?
― Действительно, духовному образованию в нашей Церкви сейчас уделяется особое внимание. Образование ― это будущее и Церкви, и, по большому счету, общества, в котором Церковь будет продолжать осуществлять свое служение. Когда мы говорим о духовном образовании, то имеем в виду, прежде всего, систему подготовки будущих пастырей. Сейчас все более актуальным также становится вопрос специальной подготовки тех, кто будет работать с отдельными социальными группами: молодежью, военнослужащими, больными, заключенными и так далее. Пока с этими группами работают люди, как правило, без специальной подготовки. Однако такая подготовка им нужна, и мы думаем над тем, как ее наилучшим образом организовать.
Последний Архиерейский Собор подтвердил решение предыдущих Соборов о том, что всякий готовящийся к принятию сана должен в обязательном порядке получить богословское образование. Отдельно стоит вопрос о тех священнослужителях, которые уже трудятся в приходах, но богословского образования получить не успели. Боюсь, я не смогу привести конкретных статистических данных, сколько насчитывается таких священников, но, к сожалению, это число еще велико. Отчасти данная проблема решается наличием в наших семинариях и академиях заочного сектора, где священнослужители получают образование, продолжая осуществлять полноценное приходское служение. Но даже те священники, которые в свое время получили богословское образование, с годами теряют багаж полученных знаний. Также знаний, полученных 20 или 30 лет назад, уже оказывается недостаточно, чтобы осуществлять служение в современном мире. Священники сами часто признаются, что рутина настолько затягивает их, что не всегда и книгу в руки возьмешь. То есть для нашей Церкви актуальным становится вопрос повышения квалификации священников в течение всего их служения. Данный вопрос еще проходит стадию обсуждения, и как реализовывать такую цель ― у нас окончательного ответа нет. Таким образом, спектр вопросов, относящихся к духовному образованию, чрезвычайно широк, и Церковь пытается их разрешать. Как долго продлится поиск ответов на эти вопросы ― пока сложно определить.
― В духовных учебных заведениях дореволюционной России семинаристов старались не знакомить с тенденциями социальной и политической жизни российского общества. Подобная ситуация еще 10 лет назад наблюдалась и в современных духовных школах Русской Православной Церкви. Таким образом, молодым пастырям было крайне затруднительно давать грамотные ответы на вопросы, волнующие их паству. Произошли ли за последние годы изменения в подготовке священнослужителей применительно к реалиям современной жизни?
― Думаю, что изменения в лучшую сторону произошли. Актуализация получаемых в духовных школах знаний является сейчас для нас приоритетом. Как я уже сказал, подготовка священников ― наша главная задача, но мы хотим, чтобы пастыри получали знания, которые имели бы как можно больше точек соприкосновения с реальной жизнью. В новой системе образования упор делается на умении студентов применять полученные знания на практике. То есть мы должны готовить людей не только знающих, но и умелых. Выпускник духовного учебного заведения должен уметь доносить свои фундаментальные богословские знания как до подготовленной, так и до неподготовленной аудитории. Мы имеем намерение реализовывать данные приоритеты в новой системе духовного образования.
― Насколько система богословского образования в Католической и Протестантских Церквах отличается от принятой в русских духовных школах? Хотелось бы также узнать, как обстоит дело с богословским образованием в других Православных Церквах.
― Существует огромное многообразие систем богословского образования в различных христианских традициях. Даже в Православных Церквах образовательные системы заметно различаются. Мы не хотели бы перекраивать нашу систему по лекалам какой-либо из существующих традиций. Мы твердо намерены сохранять традиции нашего богословского образования. При этом мы хотим ввести его в более тесное общение с другими образовательными системами ― как православными, так и инославными. Что касается принципиального различия богословского образования на Западе и у нас, то, пожалуй, это то, что на Западе богословие традиционно является частью университетского образования. У нас же оно всегда развивалось в рамках отдельной системы со своими собственными учебными заведениями ― семинариями и академиями. Мы имеем намерение сохранить эту систему, но при этом прийти и в университеты, что вполне соответствовало бы примеру Запада. Собственно, это уже отчасти сделано, и при многих университетах у нас существуют богословские кафедры или факультеты. Некоторые из них, например, в Тульском университете, являются образцовыми среди других факультетов. Что касается других Православных Церквей, то недавно, в ноябре 2010 года, представители наших духовных академий посетили основные православные богословские факультеты Европы. Мы обнаружили, что при всем многообразии форм обучения там они все же имеют общую тенденцию интеграции в единое европейское образовательное пространство в рамках так называемого Болонского процесса.
― В течение многих лет в Русской Православной Церкви существует программа обучения талантливых студентов в ведущих западных богословских заведениях. Но, насколько известно, на родине эти знания часто оставались практически не востребованными, за исключением, пожалуй, Отдела внешних церковных связей. В целом же в церковной среде на молодых людей, окончивших западные учебные заведения, смотрели с недоверием и опаской, как на потенциальных еретиков и вольнодумцев. Можно ли сказать, что за последнее время ситуация изменилась?
― Действительно, выпускнику зарубежного вуза не всегда было легко найти служение, которое соответствовало бы уровню полученного им образования. Специальное внимание этому уделял в свое время разве что тогдашний председатель ОВЦС МП, нынешний Святейший Патриарх Кирилл. Сейчас возможностей устроиться в Церкви с зарубежным дипломом гораздо больше. Наши учебные заведения намного охотнее берут к себе таких выпускников, а некоторые даже в значительной мере ориентируются на них, как, например, Общецерковная аспирантура и докторантура.
― Еще недавно в семинариях и академиях физическому развитию будущих пастырей не уделялось практически никакого внимания. Поэтому тем семинаристам, кто хотел себя физически развивать, приходилось это делать в частном порядке. Изменилось ли у руководства духовных учебных заведений отношение к данному вопросу?
― Да, сейчас при многих учебных заведениях организованы специальные залы и площадки, где студенты могут заниматься спортом или физкультурой. Проводятся даже межсеминарские турниры, например по футболу.
― Какой в идеале вы бы хотели видеть систему богословского образования Русской Православной Церкви в ближайшем будущем?
― Боюсь, нам не удастся создать идеальную систему. Но важно, чтобы система духовного образования была живой. Чтобы в ней были преподаватели, которым интересно развивать богословскую науку. Чтобы студентам в такой системе было интересно учиться и они не «выгорали» бы еще до того, как закончат учебное заведение. Чтобы все в этой системе имели достаточную мотивацию и возможности собственного развития, а также желание развивать свою школу. Чтобы из семинарии выходили люди с живой верой и пониманием того, как они могут передать свою веру другим.
|
