 - ОТЕЦ АЛЕКСАНДР, ПОЧЕМУ У ВАС ВОЗНИКЛА ИДЕЯ СОЗДАТЬ ХОСПИС?
- У меня был личный опыт, я видел, как уходят онкологические больные в IV стадии, оставшиеся без помощи. Это очень тяжело. Социальные службы, к сожалению, в силу своих возможностей не могут оказать достаточную помощь и обеспечить должный уход. Для этого нужна специальная медико-социальная структура, где работали бы специалисты по уходу и психологи, которые могли бы оказывать поддержку, в том числе и родственникам пациентов. И она должна быть лицензирована, признана государством. Мы получили медицинскую лицензию в июне 2015 года. Онкобольные отличаются от других пациентов. У них синдром хронической боли; такой пациент страдает от уныния, отчаяния, и эти чувства передаются его родным и близким.
- КАКИЕ СПЕЦИАЛИСТЫ ЕСТЬ В ВАШЕЙ ВЫЕЗДНОЙ ПАЛЛИАТИВНОЙ СЛУЖБЕ? КАКОЕ У НИХ ОБРАЗОВАНИЕ?
- У нас работают два врача, медсестра, два администратора, водитель, юрист, бухгалтер и около 5 волонтеров. У многих есть личный опыт ухода за онкологическими больными. Кроме того, наш врач прошел курсы паллиативной медицины, а психотерапевт приобрел дополнительную специализацию «онкопсихология». Мы не выписываем лекарства и не делаем инъекции, но мы можем проконсультировать по вопросам ухода и питания, по юридическим вопросам. Наши волонтеры не всегда работают непосредственно с пациентами. Это бывает очень тяжело, и с этим не все справляются. Помогают они по-разному, в меру своих возможностей: очень важно даже просто поговорить с родственниками или, например, посидеть с детьми.
- СКОЛЬКО У ВАС ПОДОПЕЧНЫХ И ХВАТАЕТ ЛИ ВАМ РЕСУРСОВ ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ ПОМОЧЬ ВСЕМ, КТО К ВАМ ОБРАЩАЕТСЯ?
- Число подопечных все время меняется. Например, на прошлой неделе было 9 человек, на этой осталось 8, а потом стало 15. Если смотреть на общее количество, то за прошлый год к нам обратилось за помощью 100 человек: это и пациенты, и их родственники. 25 больных мы проводили - начиная от момента первого обращения до ухода из жизни. Сейчас мы можем заниматься только жителями Твери и Калининского района – ближайшего к городу. В область не выезжаем – на это нет ресурсов. Но если к нам обращаются, мы консультируем по телефону. Пока на то количество пациентов, которое у нас есть, людей хватает, мы справляемся.
- КАК ВАС НАХОДЯТ?
- Обычно на нас выходят родственники онкобольных. Сами больные этого сделать часто уже не могут. Информацию о хосписе находят либо в интернете, либо по рекомендации лечащего терапевта. К сожалению, кроме как к нам, им часто больше не к кому обратиться.
- КТО ВАС ФИНАНСИРУЕТ? ВЕДЬ ПОМОЩЬ ВЫ ОКАЗЫВАЕТЕ БЕЗВОЗМЕЗДНО.
- Мы получили грант по президентской программе «Гражданское достоинство», с его помощью смогли закупить достаточное количество противопролежневых матрасов, пеленок, памперсов, средств гигиены, которые передаем нашим подопечным. Кроме того, мы стараемся находить частных благотворителей, обращаемся за помощью в различные компании, и нам не отказывают. Принимаем и пожертвования, участвуем в благотворительных ярмарках, гуманитарных акциях, которые проходят в городе. Это очень помогает, ведь грант ограничивает нас в использовании средств. Например, можно потратить эти деньги на покупку матрасов, но нельзя купить автомобиль для выездов или направить их на просветительскую деятельность, на организацию конференций. Слава Богу, нам помогает фонд «Вера», фонд «Доброе начало» Аллы Зелениной и другие благотворители.
- ВАМ ВЫДЕЛИЛИ ЗДАНИЕ ДЛЯ ОТКРЫТИЯ СТАЦИОНАРНОГО ХОСПИСА. НА КАКОМ ЭТАПЕ НАХОДИТСЯ ЭТОТ ПРОЕКТ?
- Это здание бывшей больницы, оно в ветхом состоянии и требует капитального ремонта. Также мы собираемся надстроить второй этаж, где будут располагаться административные помещения, а все пациенты будут находиться на первом этаже. Хоспис сможет принять 19 человек, мы хотим из каждой комнаты сделать выход в сад – там очень красиво. Но пока у нас нет проекта – он стоит 1,5 миллиона. Мы подсчитали, сколько приблизительно будет стоить ремонт, так вот, на самое необходимое, без учета оборудования, нужно будет около 50 миллионов рублей.
- СУММА НЕМАЛАЯ. ГДЕ БУДЕТЕ ИСКАТЬ ТАКИЕ ДЕНЬГИ?
- Будем обращаться к компаниям, организациям, благотворителям, надеемся на государственную поддержку.
- СРЕДИ ВАШИХ ПАЦИЕНТОВ ЕСТЬ И ВЕРУЮЩИЕ, И АТЕИСТЫ. КАК ОНИ ОТНОСЯТСЯ К ТОМУ, ЧТО ВЫ – СВЯЩЕННИК?
- Перед финалом жизни мало кто остается неверующим. Я был свидетелем того, как атеист за два месяца болезни полностью переродился в духовном смысле. Бывали случаи, когда родственники просили не говорить о конфессиональной принадлежности. Тогда мы просто приходили, беседовали, помогали. Но в процессе общения, когда знакомимся ближе, эти темы все равно поднимаются. Больной, например, говорит: «Я православный». – «А я - православный священник», - отвечаю. Предлагаю ему помолиться вместе, собороваться, причаститься. Чудо примирения в такие дни совершается довольно часто. Главное - быть рядом до конца и постараться облегчить это время заботой и соучастием.
Диакония.ru
5 февраля 2016 г.
|
