 Соловки. В XVIII преподобным Иовом Анзерским на одном из Соловецких островов – Анзер – был основан Голгофо-Распятский скит. По преданию, святому явилась Пресвятая Богородица и сказала:
«Эта гора отныне называется второй Голгофою; на ней будет устроена великая каменная церковь распятия Сына Моего и Господа и учредится скит… Я Сама буду посещать гору и пребуду с вами во веки».
Слова Девы Марии оказались пророческими. Соловки стали воистину славянской «Голгофой» XX века.
* * * *
В данной статье мы не ставили задачу описать историю Соловецкого монастыря или подробности житий мучеников и исповедников, томившихся в многотысячной северной тюрьме. Наша цель – передать атмосферу Соловецкой тюрьмы особого назначения, обозначавшейся в советских бюрократических документах аббревиатурой «СТОН».
Воистину «СТОН» Святой Руси…
* * * *
Соловки – это архипелаг, состоящий из шести островов, общей площадью до 350 километров. Они находятся на севере России – в Белом море. Климатические условия там сложные. Лето короткое, тучи комариного гнуса грызут человека до крови. Зимы длинные – морозы за тридцать градусов. Монахам Соловецкого Спасо-Преображенского монастыря было очень непросто молиться и трудиться в условиях русского Севера на благо родной обители и во спасение собственной души. В мае 1920 года монастырь закрыли. В течение нескольких лет богатства, накопленные веками, грабили. Выковыривали драгоценные камни из окладов икон, митр. Позже над Спасо-Преображенским собором – главным храмом обители – повесили красный флаг. В церквях и других помещениях монастыря устроили арестантские палаты. Изо всех концов Советского Союза начали свозить в лагерь архиереев, священников, монахов, дворян, бывших заводчиков, купцов, крестьян, политических оппонентов и всех тех, кто стал неугоден режиму.
* * * *
Начальник лагерей А. П. Ногтев говорил:
«…У нас здесь власть не советская, а соловецкая».
Сначала было конвоирование по этапу. Долгое плавание к острову в корабельной удушливой закрытой камере на нарах. Потом, чтобы сломить волю и психику новоприбывших, изможденных, промерзших до костей, голодных и жаждущих заключенных, проводилась перекличка. Первое имя. Человек выходит из строя. Выстрел. И он падает. Труп охранники оттаскивают в сторону. Те, кто выжил в этих лагерях, рассказывают, что на каждой перекличке совершали один-два произвольных расстрела. И люди не знали, кто может оказаться следующим.
За «невыполнение норм выработки» зимой «зэка» могли ночью оставить в деревянной голубятне без отопления, а утром вытащить замерзшее тело. Летом за тот же проступок «ставили на комарики»: раздевали человека и оставляли связанным в лесу; за несколько дней гнус съедал его заживо.
Каторжное население Соловков колебалось от 15 до 20 тысяч человек. За каждую зиму от цинги, туберкулеза и истощения умирало 7-8 тысяч.
В феврале 1929 года роту заключенных, около ста человек, за невыполнение плана по сооружению дороги загнали на костер, они сгорели живьем.
Самым страшным местом в лагере считалось место пыток Секирная Гора, или «Секирка». Арестанты о ней вспоминают следующее…
…Там в двухэтажном соборе были устроены карцеры, где арестанты должны были сидеть неподвижно весь день на жердях толщиной в руку, протянутых от стены до стены. Высота жердей была такова, что ноги не доставали до пола, и удержать равновесие удавалось с трудом. Сорвавшихся жестоко избивали или сбрасывали с лестницы в 365 ступеней, привязанных к бревну. На ночь разрешалось устраиваться на полу. В 30-градусный мороз помещение не отапливалось. Чтобы как-то сохранить тепло, люди вынуждены были устраиваться на ночь «штабелями», т. е. один ряд на другом, набрасывая сверху оставленные им обрывки одежды. Урезанная до микроскопических размеров «пайка», неподвижное сидение на жердях вкруг под дулом часового увеличивали статистику смертей не меньше, чем произвол самих конвойных.
В одном из таких «штабелей» замерз или задохнулся ночью полтавский батюшка Никодим. Он был лагерным исповедником. Часто его по бельевой веревке спускали в крошечные оконца камер, бывших ранее монашескими кельями, чтобы Господь мог через священника разрешить грехи страдальцев.
Кстати говоря, служились в лагерях и Литургии. Об этом очень хорошо написал в своей книге «Несвятые святые» архимандрит (ныне епископ) Тихон (Шевкунов).
Один из батюшек раздевался до пояса и ложился на спину. Так как любой священник получает благодать Святого Духа в Таинстве Хиротонии, то считалось, что он освящен Богом. Потому его грудь служила Престолом, на котором совершалась Евхаристия. Служили на клюквенном соке и черном хлебе, за неимением просфор и вина. К слову, сэкономить и эти продукты в виду опасности голодной смерти уже являлось подвигом. Кроме того, за совершение Божественной литургии можно было легко попасть на Секирную Гору.
О своем пребывании в тюрьмах, в том числе и на Соловках, уроженец Одесского края священномученик епископ Дамаскин (Цедрик) говорил: «А что же, там люди хорошие, я и сейчас готов опять, туда», – считая, как и многие архиереи, что на свободе в это время было нравственно хуже, чем в заключении.
Священнослужители в «СТОНе» сохранили иерархию. Они образовали орган – Собор соловецких епископов. Иерархи и духовенство представляли собой организованную группу заключенных, во главе которой стоял правящий епископ Соловецкий. Последовательно ими избирались священномученики: епископы Евгений (Зернов) и Прокопий (Титов), архиепископы Иларион (Троицкий) и Петр (Зверев).
В 1926 году Собором соловецких епископов был совершен поступок огромного мужества. Правительству СССР направлено «Соловецкое послание», в котором, в частности, есть такие слова:
« Это расхождение лежит в непримиримости религиозного учения Церкви с материализмом, официальной философией коммунистической партии и руководимого ею правительства Советских республик.
Никакими компромиссами и уступками, никакими частичными изменениями в своем вероучении или перетолкованиями его в духе коммунизма Церковь не могла бы достигнуть такого сближения».
«СТОН» была ликвидирована в 1939 году. Около трех четвертых священнослужителей-заключенных расстреляли в 1937-м.
Указом Патриарха Московского и всея Руси Алексия II от 25 марта 2000 года было установлено 10 августа по старому стилю (23 августа н. ст.) праздновать день памяти Собора новомучеников и исповедников Соловецких.
Всего в этом Соборе семьдесят имен известных нам святых. Среди них – 16 человек, родившихся или служивших в Украине. Вообще известно, что на Соловках отбывали наказание около 80 архиереев и около четырехсот священнослужителей.
* * * *
Писатель Борис Ширяев, бывший арестантом Соловецких лагерей и описавший тамошнюю жизнь в повести «Неугасимая лампада», рассказывает о том, что однажды в лесу неподалеку от лагеря он наткнулся на отшельническую келью монаха-подвижника. Этот аскет, возможно, был, последним духовным воином Соловецкой обители. Перед лампадой согбенный старец исполнял свое молитвенное правило. И эта светлая келья навсегда стала для Ширяева символом победы молитвы над смертью.
Для нас Соловецкий монастырь, ставший тюрьмою, и тюрьма, снова преобразованная в храм, пусть будет символом победы новомучеников и исповедников Церкви Русской, Которая стояла, стоит и будет стоять, выкупленная Кровью Христа и омытая кровью наших предков, отдавших за Нее жизнь. И это воистину Пасха Красная!
СВЯТИИ НОВОМУЧЕНИКИ И ИСПОВЕДНИКИ СОЛОВЕЦКИЕ, МОЛИТЕ БОГА О НАС!
Иерей Андрей Чиженко
Портал «Православная жизнь»
6 февраля 2016 г.
|
