Свобода слова обладает ценностью не только как политико-правовое установление, но и как инструмент диалога религий и мировоззрений. Этот диалог предполагает, в том числе, несогласие с догмами иных вер, а иногда и их богословскую критику. Поэтому Русская Православная Церковь ни в коей мере не выступает за превращение разумных ограничений свободы слова, которые существуют во всем мире, в некую защищаемую государством «монополию на религиозную истину», в чем нас пытаются обвинить.
Однако критика религиозных убеждений или даже критика отсутствия таковых не должна оскорблять людей, посягать на их святыни, предполагать насилие, клевету и издевательства. Это не просто пожелание, а непременное условие гражданского мира между людьми различных вер и убеждений.
В российских законах есть ряд статей, которые фактически используются для защиты чувств верующих, но они носят разрозненный и где-то не согласованный характер. Наше современное законодательство, к сожалению, в этой области во многом остается несовершенным. И его улучшение не во всех случаях значит ужесточение наказания.
Защита чувств верующих, равно как и защита неверующих от оскорблений их убеждений — важная задача именно светского государства, которое защищает не конкретные религиозные установления, а достоинство людей, которое для абсолютного большинства неотделимо от веры.
Слава Богу, в России очень мало людей, которые находят радость в том, чтобы глумиться над святыней. Это либо те, кто испытывает возрастные или клинические проблемы с психическим здоровьем, либо желающие получить известность, представляя святые вещи в непристойном виде.
Христиане пережили многие гонения в разные времена. И обращение к истории показывает, что презрение к святыне, как правило, неразрывно связано с презрением к ценности человеческого достоинства и жизни. Кто посягает на чувства верующих, ни во что ставит и самого их носителя — личность.
Если общество согласно в том, что необходимо уголовным законом защищать чувства верующих людей, их трепетное отношение к святыне, к местам поклонения, неприкосновенность молитвенных зданий, то значит, в этом обществе имеют значение убеждения как таковые. Это добрый знак.
Конечно, предполагаемые изменения должны обладать правовой определенностью, четко определять запрещаемые деяния и меру наказания. Религиозные общины России, как представляется, менее всех заинтересованы в том, чтобы закон применялся в целях, несовместимыми с теми, в которых он был разработан. Возможно, на общественном уровне и на уровне религиозных организаций стоит внимательно следить за тем, чтобы его применение способствовало не ожесточению преступников, а их раскаянию.
Мы выступаем за то, чтобы уголовную ответственность за посягательства за чувства верующих несло как можно меньшее число людей. Лучше, если бы их не было вообще. Чтобы это задача выполнялась, необходима не только статья в Уголовном кодексе, но и просвещение, воспитание и образование в духе уважения к религиозным убеждениям.
|
