 Выступая 1 октября 2014 года на сессии совещания, посвященной вопросам свободы мысли, совести, вероисповедания и убеждений, отец Всеволод сказал:
«Радует, что на этой площадке все более активно ставятся вопросы, которые практически не ставились 15-20 лет назад — необходимость межрелигиозного диалога, исламофобия, христианофобия, критика попыток исключения религии из общественной жизни. К сожалению, во многих странах, включая Россию, агрессивные секуляристы оскверняют почитаемые верующими святыни и символы, открыто призывают исключить религиозную мотивацию общественно значимых поступков и даже отрицают право верующих высказываться по вопросам, волнующим общество. Думаю, что такие действия никак не могут поддерживаться честными и благонамеренными людьми, правительствами тех или иных стран. Ведь речь идет о равенстве мировоззрений, о том, что сторонники любого из них должны иметь возможность влиять на общество, менять его».
«Сегодня важен межрелигиозный диалог, и многие здесь присутствующие им занимаются, — продолжил священник. — Но не менее важен диалог между верующими и неверующими, сторонниками устройства общества и права на светской основе и сторонниками их устройства на основе религии. Ни первые, ни вторые никуда не исчезнут. Убеждения первых и вторых не удастся изменить насилием, обманом или промыванием мозгов. Будет очень печально, если спор этих людей будет решаться силой, что сейчас начинает происходить, в первую очередь на Ближнем Востоке. Крайне опасной вижу попытку навязать людям секулярное или религиозное общественное устройство помимо их воли. В связи с этим полагаю совершенно оправданной избирательную поддержку в целом ряде государств одной или нескольких проверенных временем религиозных традиций, а также стремление остановить распространение идеологий — религиозных или секулярных, — которые чреваты силовым изменением общественного уклада».
В тот же день во время организованной в рамках совещания дискуссии о свободе вероисповедания в странах Центральной Азии протоиерей Всеволод Чаплин выступил с критикой ведущейся против этих стран информационно-политической кампании, связанной с обвинениями в притеснении некоторых религиозных и религиозно-общественных групп, в том числе радикальных.
«История, — сказал отец Всеволод, — отнюдь не закончилась провозглашением принципа «религиозного нейтралитета» государства, который проталкивается в международные дискуссии через механизмы, сомнительные с точки зрения международного права. Государство не может, не имеет права быть нейтральным, когда-то или иное радикальное околорелигизное движение представляет собой прямую угрозу для мира и безопасности в обществе. Страны Центральной Азии имеют гораздо больше оснований опасаться таких явлений, чем США имели основания опасаться своих граждан японского происхождения во время Второй Мировой войны. Тогда эти граждане были интернированы, и мало кто критиковал США по этому поводу. Сегодня же некоторые западные политики и общественники, а также связанные с Западом организации в Центральной Азии пытаются лишать страны этого региона права защищать себя от идеологий, не менее опасных, чем нацизм времен 1940-х годов».
2 октября прошел инициированный Общественной палатой Российской Федерации круглый стол «Развитие межрелигиозного и межкультурного диалога как залог обеспечения стабильности общества, уважения обычаев, традиций и культуры».
Выступая на мероприятии, протоиерей Всеволод Чаплин рассказал об опыте межрелигиозного диалога в России и о сложившейся в нашей стране его модели, предполагающей уважение к целостности вероучений и образу жизни друг друга.
«Можно считать провалившимися попытки смешать веры, подчинить религиозные общины диктату приземленных интересов, заставить их изменить вероучения в угоду духу «века сего», — отметил отец Всеволод. — Такие попытки, предпринимавшиеся в 1990-е годы и в начале 2000-х годов на Западе, ни к чему не привели. А вот в России мы за многие века наработали опыт совместного бытия людей, имевших разные образы жизни — интегрального исламского общества на Северном Кавказе, строгого православного благочестия русских сел и монастырей, светских столиц — Петербурга и Москвы. Этот опыт, уверен, будет востребован в будущем — и Россией, и миром».
|
