 С докладом об этапах становления священника в современной России выступил руководитель лаборатории «Социология религии», проректор ПСТГУ протоиерей Николай Емельянов. Он представил наработки к характеристике ряда этапов в жизни священнослужителей, снабженные анализом главных препятствий, характерных для каждого этапа и средств к преодолению этих препятствий.
«Сконструированная таким образом последовательность этапов жизни священника может имеет не только прогностический, но и терапевтический потенциал: не только позволяет судить о характере проблемы и ассоциировать ее с конкретным этапом, но и плодотворно подбирать возможные способы ее решения»,
― отметил отец Николай, открывая работу круглого стола.
Доцент кафедры истории России и архивоведения исторического факультета ПСТГУ Александр Феофанов рассказал о корпоративной идентичности православного духовенства Российской империи.
В свою очередь доцент кафедры истории России и архивоведения ИФ ПСТГУ Юлия Белоногова поделилась результатами многолетних исследований социальной истории духовного сословия, представленных в работе «Сословие духовенства в XIX веке».
По ее словам, существуют различные способы датировки возникновения духовного сословия в России.
«Кто-то говорит о XVII в., кто-то опирается на момент возникновения самого термина «сословие» (в современном смысле этого слова), указывая на вторую четверть XIX в. В любом случае, в центре внимания по необходимости находятся те институты, которые последовательно выделяют духовенство на фоне прочих социальных групп, т.е. прежде всего образование и вытекающая из образовательного профиля культурная идентичность. Именно сословное образование позволяет детям священников ощутить свою роль в обществе ― с одной стороны, над крестьянским миром, а с другой ― подчас ощущая свою неполноценность перед представителями дворянства»,
― отметила Юлия Белоногова.
Автор доклада «Образ православного священника в святоотеческом богословии XVIII века» священник Алексей Черный на примере трудов святителей Димитрия Ростовского и Тихона Задонского продемонстрировал процесс уточнения образа православного священника и его места в обществе в течение XVIII в. (начало Синодального периода).
«Именно тогда этот образ окончательно отделяется от пространства «господственной» власти, а то пространство духовной власти, в которое он заключен, начинает требовать более тонкого управления ― регулирования чувств. С другой стороны, формирование в течение XVIII в. «государства эпохи Просвещения» позволяет говорить о духовенстве как социальной группе, с присущим ей определенным набором «должностей»»,
― добавил он.
Сотрудник Центра истории богословия и богословского образования при богословском факультете ПСТГУ Евгений Лютько в докладе «Политическая легитимация православного священника в России Нового времени и современное священство» предложил способ интерпретации мировоззренческого разнообразия современного священства через последовательное рассмотрение императивных высказываний о священстве эпохи Российской империи. Гипотеза автора заключается в том, что последовательное развитие «правительственных» высказываний о священнике позволяет выявить мировоззренческие структуры, которые действуют в повседневной практике священников и сейчас.
Во второй день работы круглого стола на первой секции были представлены результаты работы исследователей в области латинской патристики, а на второй ― социологов религии. Все доклады первой секции были посвящены проблемам осмысления и применения власти епископа.
Старший преподаватель кафедры философии религии и религиозных аспектов культуры БФ ПСТГУ Сергей Воронцов на примере произведений Исидора Севильского рассмотрел проблему отношения священнической власти («авторитета» ― auctoritas sacerdotalis) к авторитету Писания (auctoritas Scripturae) и личному авторитету. Основной тезис доклада заключается в том, что фигура священника, в отличие от большинства других публичных фигур, легитимируется не в последнюю очередь Священным Писанием. Таким образом, власть Писания получает весьма конкретный характер, в чем-то соотносимый с властью закона (auctoritas legis). В ходе обсуждения была отмечена, в том числе и легитимирующая роль самого таинства рукоположения, которая, однако, также закреплена Писанием (Исидор рассматривает тексты, где Господь высказывает повеления о священстве и апостольстве).
В свою очередь младший научный сотрудник научной лаборатории «Социология религии» БФ ПСТГУ Михаил Биркин обосновал эту же проблематику из перспективы понятия «officium» в наследии Исидора Севильского.
«В античную эпоху одно из центральных значений «officium» ― обязанность гражданина перед государством, семьей, друзьями, окружением, подчиненными, исполнение которой обеспечивалось общественным мнением, ― пояснил он. ― «Officium» ― понятие социально-политическое и отражает особенности античной общины, которая в Раннее Средневековье переродилась в общину церковную, что отражает употребление Исидором этого слова».
Доклад сотрудника лаборатории «Социология религии» Анны Зуевой был посвящен двум моделям пастырства: Мишель Фуко и Игнатий Лойола. Как она отметила, согласно Мишеля Фуко, в определенный исторический момент пастырство воплотилось в двух моделях ― протестантской и католической.
«Пастырство значительно укоренилось, разделившись при этом на два типа: мелочное, но при этом иерархически очень гибкое протестантское пастырство, характерное для различных протестантских сект, и ужесточенное, выстроенное в иерархическую пирамиду внутри Католической Церкви, которая подверглась в это время жестокой централизации, пастырство контрреформации»,
― рассказала Анна Зуева.
«Самое удивительное, что основанный св. Игнатием орден фактически стоял во главе движения Контрреформации и всячески старался противостоять веяниям Реформации. Кажется, что игнацианская духовность, наоборот, должна вести к более строгой подчиненность, отстаивании власти священника/духовника над мирянами, ― уточнила она. ― Мы же видим, что наоборот «…метод, описываемый в «Духовных упражнениях», призван не программировать сознание человека, но снять все ограничения его духовной свободы». Изначальные принципы христианского пастырства, указанные Фуко, претерпели в модели св. Игнатия незначительные, но существенные для понимания сущности духовничества изменения».
Два заключительных доклада были посвящены исследованиям положения священника в системе здравоохранения.
|
