 Комментируя актуальную официальную позицию Болгарии о победе «содружества наций» над Османской империей, и слова, сказанные Святейшим Патриархом президенту Болгарии Румену Радеву об особой роли России в освобождении Болгарии, Щипков отметил:
«Это составная часть атлантистской концепции сдерживания России. Концепции дискриминационной. Но объективный смысл сказанного болгарскими официальными лицами нельзя охарактеризовать иначе как псевдоисторическую софистику».
«С 1874-го года в Российской империи всеобщая воинская повинность распространялась на русских, украинцев и белорусов, а другие народы, населявшие Российскую империю, были от нее освобождены… Никто не сомневается в личной храбрости отдельных финнов, литовцев и поляков, которым довелось оказаться в некоторых батальонах Русской армии. Но это черта отдельных индивидуумов. А вот осознание братского долга перед православными болгарами и политический выбор — вступать или не вступать войну — это шаг исключительно российского государства и русского народа»,
— заметил Щипков.
«В рамках реакции на речь Патриарха Кирилла были попытки настаивать на том, что позиция болгарского президента неверно интерпретирована… Но достаточно обратить внимание на высказывания Румена Радева, сделанные им ранее, при других обстоятельствах, чтобы увидеть эту связь. Например: «Я буду защищать наше евроатлантическое членство… Я закончил две академии на Западе. Я планировал и проводил десятки учений НАТО и наших партнеров в Болгарии, и я генерал НАТО…» А эти слова (чтобы не сказать — гуманитарно-исторические операции) делают болгарский народ заложником отжившей свой век антиисторической логики»,
– сказал Щипков.
«Задача этой концепции расчленить единую российскую субъектность на составные части… Именно для этого в западной политизированной историографии последовательно проводится мысль, что не Россия принимала участие во всех её крупных исторических победах, а отдельные народы, входившие в её состав… Президент Болгарии в своей речи пытался в очередной раз закрепить мысль о маргинальном месте России в общемировой истории и пытался использовать присутствие Патриарха Кирилла для легализации этой идеи. Патриарх не дал ему этого сделать. С этой точки зрения болгарская речь Патриарха Кирилла — неоспоримая победа»,
— подчеркнул Щипков.
«Сегодня многие привычные понятия подвергаются переосмыслению. Это касается и понятия «интеграция». Еще недавно интеграционными процессами называли экспансию транснационального капитала. Но глобальный проект обнаружил свою историческую несостоятельность, эпоха однополярности закончилась. Поэтому вектор интеграции поменялся. Сегодня пространством сборки любого интеграционного проекта (а их отныне будет много) становится исторический мир нации, народа или близких друг другу народов, а не набор искусственных политических конструктов, удовлетворяющих интересы транснациональных группировок и не адекватный культурно-историческим реалиям»,
— отметил Щипков.
«На фоне этих процессов болгарам и русским неизбежно придется актуализировать наши глубинные связи — заново осмыслить те периоды истории, в рамках которых наши национальные судьбы пересекаются. Мы осознаем себя равноправными субъектами восточно-христианского исторического мира. Наши народы ощущают эту тенденцию. Именно об этом говорил Святейший Патриарх Кирилл, обращаясь к братскому болгарскому народу»,
— заключил Щипков.
|
