 Великая Отечественная война расставила новые ориентиры в советском искусстве, в том числе и в песенном. В 1930-е годы царствовали композиторы, воспевавшие победы в Гражданской войне, свободную от капиталистов жизнь, энтузиазм пятилеток и светлое будущее. Этот жанр песен требовал либо маршевых ритмов, либо хоров с оперными солистами, а часто – того и другого. Однако в войну, когда потребовались не праздничные, а суровые солдатские марши, а больше всего – задушевные песни, эти композиторы, за редким исключением, почти никак себя не проявили.
Их место на песенном Олимпе надолго заняли новые, блистательные таланты, вышедшие из низов и глубоко впитавшие русскую народную духовность и песенную культуру, потому и многие их песни воспринимаются как народные. Один из них – Борис Андреевич Мокроусов, 50 лет со дня смерти которого исполняется 27 марта.
Краткий очерк не позволяет подробно рассказать о его песнях (а всего их написано около двухсот), об истории их создания и исполнения. Напомним только названия хотя бы небольшой части известных его песен.
«Песня защитников Москвы» («Мы не дрогнем в бою за столицу свою, нам родная Москва дорога»). Написана в начале 1942 на стихи А.Суркова к документальному фильму «Разгром немцев под Москвой». Мужественные слова, простая красивая мелодия и чеканный ритм сразу же сделали песню самым популярным походным маршем в армии – под «Марш энтузиастов» в войну не маршировалось. Военные журналисты вспоминали: «Когда гвардейцы-танкисты Катукова ворвались на территорию Германии, на первом же привале запели эту песню».
«Заветный камень» (1942, стихи А.Жарова). Написана на основе реального события. Последние уходившие из Севастополя моряки положили в шлюпку своего тяжело раненного товарища, который сжимал в руке кусок камня, отбитого снарядом от парапета набережной. Умирающий моряк поклялся вернуться в Севастополь и положить камень на место. Известный в своё время исполнитель Л. Утёсов считал «Заветный камень» лучшей песней о войне: «У нас есть царь-пушка, есть царь-колокол, а теперь есть и царь-песня».
«Море шумит» («…грозной волной, чайка летит рядом с кормой. Что ж вы, друзья, приуныли, песни морские забыли?»), стихи самого композитора, 1944. Трогательная песня, и петь её любили не только моряки.
«Песенка фронтового шофёра» («Эх, путь-дорожка, фронтовая! Не страшна нам бомбёжка любая»), стихи Н.Лабковского, 1945. Лихая победная песня с большой долей юмора.
«Хороши весной в саду цветочки» («…ещё лучше девушки весной. Встретишь вечерочком милую в садочке, сразу жизнь становится иной»), стихи С.Алымова, 1946. Обе эти песни не только пели, но и танцевали под них, и даже плясали «русскую».
«Одинокая гармонь» («Снова замерло всё до рассвета, дверь не скрипнет, не вспыхнет огонь»), стихи М.Исаковского, 1946. Потрясающая песня с недосказанным финалом. После первого же исполнения по радио её запела вся страна, а мелодия стала позывной радиопередач, посвящённых войне.
«Услышь меня, хорошая» («…услышь меня, красивая, заря моя вечерняя, любовь неугасимая»), стихи М.Исаковского, 1946.
«Вьётся вдаль тропа лесная» («…светят звёзды ранние. Буду здесь всю ночь без сна я ждать с тобой свидания»), стихи Н.Лабковского, 1949.
«Земля моя раздольная» («…широкие поля. Богатая и вольная, красавица земля»), стихи А.Фатьянова, 1950.
«Сормовская лирическая» («Над Волгой широкой, на Стрелке далёкой гудками кого-то зовёт пароход»), стихи Е.Долматовского, 1951.
«На крылечке твоём» («… каждый вечер вдвоём мы подолгу стоим и расстаться не можем на миг», из к/ф «Свадьба с приданым»), стихи А.Фатьянова, 1952.
«Куплеты Курочкина» из к/ф «Свадьба с приданым» («Хвастать, милая, не стану, знаю сам, что говорю»), стихи А.Фатьянова, 1952.
«Всегда ты хороша» («Весёлая и грустная, как русская душа, как наша песня русская, всегда ты хороша»), стихи Н.Глейзерова 1952.
«Костры горят далёкие» («…луна в реке купается, а парень с милой девушкой на лавочке прощается»), стихи И.Шамова, 1953.
«Осенние листья» («… шумят и шумят в саду. Знакомой тропою я рядом с тобой иду»), стихи М.Лисянского, 1953.
«Улица родная» (из к/ф «Весна на Заречной улице»), стихи А.Фатьянова, 1956.
«Где ты» («… где ты, где ты, друг любимый мой? Буду до рассвета я встречи ждать с тобой»), стихи Н.Черкеза.
Все эти песни пелись так же легко, как поются народные песни. А легко, не только потому, что у них очень красивая мелодия, но и потому, что написаны они были не «на слова», как пишется «попса», а на стихи (почувствуем разницу!).
«Жди солдата» («Ой, красивы над Волгой закаты. Ты меня провожала в солдаты…»), слова С.Острового, 1956. Стала одной из самых популярных строевых песен в армии.
«Вологда» («Письма, письма лично на почту ношу, словно я роман с продолженьем пишу…»), слова М.Матусовского. Эту песню первые исполнители не сразу прочувствовали, потому и не смогли донести её прелесть до слушателя, пока на эстраде не появились «Песняры».
Исполнить песни Б.А.Мокроусова считали за честь лучшие певцы 1940 – 60-х годов – Георгий Абрамов, Владимир Нечаев, Георгий Виноградов, Владимир Бунчиков, Иван Шмелёв, Марк Рейзен, Георг Отс, Зоя Рождественская, Виктория Иванова, Ружена Сикора. Их исполнения на телевидении записаны не были, а по радио они, увы, не звучат. Правда, вдоволь напевшись нынешней «попсы», многие современные исполнители возвращаются к «старым добрым песням» Мокроусова. К сожалению, и уровень вокала, и примитивность инструментального сопровождения зачастую производят впечатление пародии на старое исполнение. Отчаиваться, однако, не будем. Из интернета можно скачать всё самое лучшее из наследия Бориса Андреевича и в самом лучшем исполнении.
Землячка композитора, нижегородский музыковед В.Г. Блинова, глубоко изучавшая его творчество, рассказывала:
«…Собственно музыка Мокроусова, песня – без всяких натянутостей. Это очень высокое искусство, и главное, чем оно дорого, дороже всего, – его искренность, непосредственность. Песни его – они как воздух, льются сами собой, никакого напряжения, никакой искусственности не чувствуется, и это, по-моему, очень дорого. Подобное не так часто бывает, и не так многих [композиторов] можно назвать. А у него это было сильнейшее чувство. Он, конечно, это знал, понимал, но к чести его, никогда не бравировал этим. Хотя я его не видела, и непосредственно с ним знакома не была, но лучше, чем что-либо, знакомят с ним его собственные песни. Судя по песням, можно составить совершенно правильно его человеческий портрет, не только художественный, не только как песенника, но и как человека. И, я могу сказать, что это тоже дорогого стоит…».
А «человеческий портрет» Мокроусова, родившегося в Нижнем Новгороде в 1909 году, был таков: внук крестьянина, сын железнодорожного рабочего, он был высок ростом, статен, светловолос, голубоглаз, сердечен, добр и широк по натуре, иногда наивен и слишком прямолинеен, а потому бывал жертвой интриг некоторых пройдошистых и завистливых членов Союза композиторов.
В последние годы Борис Андреевич тяжело болел, в редкие периоды улучшения строил творческие планы, но выйти из больницы ему было не суждено – умер он 59-ти лет от роду. Последней его работой стала музыка к фильму «Неуловимые мстители» (1967). Он был и навсегда остался, по точному выражению его современника, «певцом народной души».
Москвичи могут прийти на Новодевичье кладбище и поклониться праху великого композитора. Остальным же остаётся просто помнить его, а всем нам – слушать его раздольные или нежные, грустные или весёлые, но всегда красивые и целомудренные песни (а уж совсем хорошо, если и самим их петь), получать душевную усладу и приобщать к истинно русской музыке своих детей или внуков.
Валерий Габрусенко, публицист, кандидат технических наук,
доцент, член-корр. Петровской академии наук и искусств
|
