 История семьи священника Феодосия Амбарцумова и его жены Надежды началась с семилетней Ани из интерната для слабовидящих.
– Я преподавал в Духовной академии, – рассказывает отец Феодосий. – Мы с группой студентов и преподавателей познакомились с одним детским домом. Детей крестили, общались с ними, возили по храмам. Постепенно стали знакомиться с другими детдомами и интернатами, посылали туда семинаристов и волонтёров. Создали благотворительный фонд «Православная детская миссия имени преподобного Серафима Вырицкого».
Будущая жена отца Феодосия Надежда стала волонтёром фонда десять лет назад. Сначала прозванивала детские дома, потом стала брать детей в гости, работала в летнем лагере.
– Однажды, когда мы общались с воспитателями интерната для слабовидящих детей, нам сказали, что у них есть девочка Аня, которую никогда никто не возьмёт, – вспоминает отец Феодосий. – А я тогда подумал: наверное, мы можем взять. Аня была похожа на Маугли: маленькая, худенькая, глазки закрыты. В свои семь лет она не говорила, но была очень агрессивной: била посуду и люстры. Как-то мы привезли её в храм Иконы Божией матери «Неупиваемая чаша» к старцу отцу Иоанну. При первой встрече он сказал, что она будет самым лучшим ребёнком.
Приёмной мамой для Ани стала волонтёр Надежда. Позже Надя взяла из этого же интерната ещё одну девочку – Яну. Ане сделали несколько операций, через какое-то время девочка начала видеть и говорить.
– Естественно, дети все были с тяжёлыми диагнозами, – рассказывает Надежда. – Поначалу расстраивалась: вкладываешься в них, а результатов не видишь. Они появились позже. Потом меня попросили взять в семью мальчиков. Я поняла, что не справлюсь.
Феодосий Амбарцумов помогал Надежде. Через какое-то время они поженились, сейчас вместе воспитывают семерых детей.
– У нас есть Денис – его пять раз брали в семью, – рассказывает отец Феодосий. – Два-три месяца поживёт, и его снова возвращают в детдом. Он понимал: что-то с ним не так. Нервная система у него была абсолютно расшатана. Нашего Яшу тоже возвращали. Ещё у нас есть Ангелина, Оля и Андрей. У нас постепенно эти дети оттаивают, перестают быть агрессивными, начинают верить в себя. И это самое главное. Сейчас наш «первенец» Аня, в которую никто не верил, занимается иконописью. На Рождественской службе в Спасо-Преображенском соборе познакомилась с президентом России. Обняла его и поцеловала, спросила: «Я – Аня. Ты меня знаешь?» Аня – очень общительная, никого не боится.
Кроме семерых детей с семьёй священника живут две совершеннолетние девушки – Оля и Тоня, переехавшие к ним из психоневрологических интернатов.
– С Олей мы познакомились ещё десять лет назад, когда она жила в детском доме, – рассказывает отец Феодосий. – Девочка отдыхала в нашем православном лагере, мы её тогда крестили. Недавно она нашла меня в социальных сетях, написала письмо. Рассказала, что живёт в психоневрологическом интернате. Мы с Надеждой приехали в гости. Она нам сказала: «А я десять лет ждала, что вы меня заберёте». Мы решили, что лучше поздно, чем никогда. Оле 21 год, но она никогда не жила одна. Не знает многих вещей. Например, у нас начала изучать... время. У Оли полностью сохранён интеллект, нет психических отклонений, она быстро познакомится с этим миром.
Когда-то отец Феодосий и его «Детская миссия» хотели открыть православный детский дом. Потом поняли, что это не выход.
– Бог детских домов не создавал, он создавал семью, – рассуждает отец Феодосий. – Детдома изобрело человечество. В наших социальных учреждениях, может, и хорошие условия. Но никакой детский дом не заменит отца и мать; это стержень, внутренний фундамент, который делает твою жизнь безопасной. Когда родители рядом, ребёнок успокаивается. Детей-инвалидов, особенно подростков, почти не забирают в семьи. Все хотят усыновлять маленьких детей славянской внешности без видимых патологий, чтобы они влились в семью, приносили счастье. А подросток – это не счастье, а проблема, которую нужно решать. Несколько лет назад в жизни «Детской миссии» появился коммерческий директор одной из птицефабрик Андрей Гришин. Он загорелся нашим движением, тоже помогал детским домам. Занялся строительством в посёлке Вырица Гатчинского района. Все думали, что он дачу строит, а меценат отдал этот дом нам. И мы решили сделать сообщество приёмных семей. Наши волонтёры берут в семью детей и живут вместе с ними в Вырице.
– Многие дети занимаются живописью, – говорит Надежда Амбарцумова. – Прививаем им простые навыки: учим убираться дома, готовить, ухаживать за животными и за огородом. В планах – открыть швейную и столярную мастерские.
***
По данным правительства РФ, число воспитанников организаций для детей-сирот в России на начало 2019 года составило более 73 тыс.
В России функционируют 1333 государственных и 8 негосударственных организаций для детей-сирот.
Количество детских домов с каждым годом уменьшается.
|
