 С докладом на тему «Религиозная драма художника Ивана Крамского» выступил профессор Общецерковной аспирантуры и докторантуры имени святых равноапостольных Кирилла и Мефодия, доктор философских наук, доктор богословия В.Н. Катасонов.
Мероприятие прошло при поддержке Научно-аналитического центра Всемирного русского народного собора и Русской экспертной школы.
Предваряя выступление, докладчик напомнил, что И.Н. Крамской является идеологом движения так называемых художников-передвижников, которое возникло в 1863 году.
«Этот период был очень бурным временем для России, когда произошла отмена крепостного права, началось развитие капитализма. Эти молодые художники во многом разделяли общественные интересы того времени. Наиболее популярными тогда были демократические идеи, ожидания различного рода социальных преобразований»,
— сказал В.Н. Катасонов.
Областью своих научных интересов В.Н. Катасонов назвал духовную драму русского художника И.Н. Крамского, подчеркнув, что считает его лучшим портретистом 1860-1870-х годов.
Докладчик напомнил, что время поступления И.Н. Крамского в Императорскую академию художеств совпало по времени с возвращением из-за границы А.А. Иванова — знаменитого художника, написавшего картину «Явление Христа народу».
«Эта картина потрясла И.Н. Крамского не только художественный стороной, но и глубиной заключенного в ней нравственного вопрошания, став для него определенным импульсом. Уже в возрасте 21-го года И.Н. Крамской публикует статью, в которой описывает «историческую живопись как зеркало, в котором современный человек видел бы себя» и «расстояние, отделяющее действительность от идеала» и «начала всего изящного в природе». И.Н. Крамской всегда считал, что художник должен быть верен идеалу: поэтому он никогда не относится к искусству как к ремеслу, которым можно зарабатывать или которое просто украшает жизнь, но полагал, что искусство должно иметь нравственный, общественный и философский смысл»,
— отметил докладчик.
«Будучи идейным вдохновителем передвижников, И.Н. Крамской старался найти определенную философию искусства. Все это происходит на фоне бурной активизации общественных движений: в 1863 году в журнале «Современник» был напечатан написанный в тюрьме роман Н.Г. Чернышевского «Что делать?», идеи которого стали манифестом для молодых людей своего времени. Воспитаны они были во многом на статьях «Современника», «Отечественных записок», на работах Н.А. Добролюбова, В.Г. Белинского. Однако в это время появляются и другие авторитеты: например, М.А. Бакунин, ряд западных авторов. Проповедуемые ими либеральные идеи становятся частью мировоззрения передвижников»,
— продолжил В.Н. Катасонов.
«Крамской стремился к созданию некоей философской системы в искусстве или даже религии, о чем признается в письме И.Е. Репину в 1877 году. Это характеризует Крамского как идеолога»,
— считает докладчик.
«Как идеолог И.Н. Крамской не мог пройти мимо христианства. Поэтому совершенно неслучайно, что для него, как и для многих других художников-передвижников, образ Христа имел особое значение. Однако понимали они этот образ нецерковно, отнюдь не в рамках православной традиции. На их мировоззрение в немалой мере повлияли Д. Штраус, Э. Ренан и другие протестантские и католические авторы, а также прямые материалисты, как например, Л. Фейербах. Зачастую их «критика исторического христианства» была направлена против чудес, которые совершал Христос, против Его Воскресения. Их представление о Христе ограничивалось восприятием Спасителя как нравственного учителя человечества. Именно этими идеями жила разночинная интеллигенция, к которой принадлежал и И.Н. Крамской»,
— считает В.Н. Катасонов.
Докладчик рассказал о полемике, которая началась после выставки художников-передвижников в 1872 году, на которой была впервые представлена на всеобщее обозрение знаменитая картина И.Н. Крамского «Христос в пустыне».
«Уже в 1872 году начались горячие споры: кто же изображен на этой картине? Христос ли это или какой-то социальный реформатор? Действительно, это изображение очень далеко от того, что мы знаем о смысле церковного толкования подвига Христа в пустыне, когда Он был искушаем диаволом. В письме одному из своих учеников Крамской пишет, что его картина «расколола зрителей на огромное число разноречивых мнений». Примечательно, что, говоря о персонаже своей картины, И.Н. Крамской пишет: «Я не знаю, кто это. Для меня это выражение моих личных мыслей»»,
— заметил докладчик.
В.Н. Катасонов отметил, что в своих письмах И.Н. Крамской предлагает и свое понимание христианства.
«Его Христос явно двоится: перед тяжелым опытом жизни, опытом зла, разлитого в мире, он предлагает два ответа: один — это насильственное устранение зла, другой — нравственная проповедь. Обсуждение первого пути — революции, свержения несправедливого общественного строя. Эти идеи кипят в жизни демократической интеллигенции России 1860-1870-х годов. Рахметовские идеалы разночинной интеллигенции, подпольные революционные организации, покушение Д. Каракозова на императора Александра II, убийство студента И. Иванова нечаевцами, «Колокол» А.И. Герцена, анархические учения М. Штирнера и М.И. Бакунина — вот это и есть атмосфера современной И.Н. Крамскому жизни. Всё это входит в его мировоззрение. А второй путь — это путь нравственной проповеди, и здесь Евангелие, сам образ Христа предлагают идеал для ищущих людей. На этом идеале и сосредотачивается И.Н. Крамской. Но сосредоточившись на этом, художник понимал Христа не как Искупителя и Основателя Церкви, а как секулярного учителя нравственности. В этом заключалась творческая трагедия русского гения, попавшего в идеологический плен европейского гуманизма»,
— заключил В.Н. Катасонов.
***
Лекторий «Крапивенский 4» организован Российским православным университетом святого Иоанна Богослова, Всемирным русским народным собором и Русской экспертной школой. Руководитель лектория «Крапивенский 4» — первый проректор Российского православного университета святого Иоанна Богослова, доктор политических наук А.В. Щипков.
|
