13 января 2013 года на 84-м году жизни после тяжелой и продолжительной болезни отошел ко Господу схимитрополит Ювеналий (Тарасов). Памяти владыки посвящена статья редактора газеты «Курские епархиальные ведомости» Людмилы Штукиной.
Владыка Ювеналий родился (в миру Спиридон Алексеевич Тарасов) 29 апреля 1929 года в крестьянской казачьей семье на хуторе Большом Мечетном Семикаракорского района Ростовской области. У Алексея и Ульяны Тарасовых уже подрастали трое сыновей — Николай, Михаил и Андрей. Вскоре после рождения близнецов, Спиридона и Вениамина, семья переехала в город Шахты Ростовской области. На лето мальчишек отправляли к бабушке на хутор. Жнитва, заготовка сена в колхозе не обходились без младших Тарасовых. Они и скирдовали, и помогали хлеба обмолачивать, и зерно на ток возили.
В октябре 1937 года старшего Тарасова — проходчика шахты — арестовали, а четверых младших его сыновей как детей врага народа исключили из школы. Так, накануне зимы они оказались на хуторе у бабушки. Татьяна Андреевна пела в церковном хоре, у нее был красивый голос. Восьмилетний Спиридон стал пономарить в сельском храме.
В 1939 году этот храм закрыли, а потом снесли. Но Спиридон из Церкви не ушел, подвизался келейником у настоятеля храма во имя святого благоверного князя Александра Невского в городе Шахты архимандрита Порфирия (Давиденко), который был рукоположен во священника самим Патриархом Тихоном.
«Арестовали и расстреляли моего отца, — вспоминал впоследствии владыка. — Мать осталась одна с пятью детьми на руках. На хуторе нельзя было жить и пришлось переехать в Шахты. Я помню, как учителя на уроках толковали об атеизме, а потом просили, чтобы я отвел их ночью к священнику причаститься. Я помню войну, как отступали наши войска. Помню наших солдат, в каком тяжелом состоянии они были, как жалобно просили хлеба. И помню, как возвращались наши солдаты-освободители. Это было грозное воинство. Они говорили: мы теперь победим, потому что открыли наши церкви, и Господь помогает нам».
Спиридон вместе с братом Веней трудился в шахте. Весной 1945 года в их семью после расстрела отца и гибели брата Михаила в боях за курский город Тим пришла новая страшная беда — трагически погиб в шахте 16-летний Вениамин, а в бою за освобождение Берлина отдал свою жизнь средний брат Андрей.
Спиридона Тарасова по благословению отца Порфирия епископ Сергий (Ларин) решил направить на учебу в Саратовскую духовную семинарию. Предложение для Спиридона было неожиданным: в роду Тарасовых священников не было. После учебы он вернулся в родной город Шахты и 2 августа 1953 года был рукоположен митрополитом Ростовским Вениамином (Федченковым) во диакона, а через два дня во пресвитера. Молодого пастыря направили служить в Михайло-Архангельский молитвенный дом города Шахты.
В хрущевские времена отец Спиридон был снят с регистрации на этом приходе, то есть уволен, но он не допустил закрытия храма. Угрозы, оскорбления, попытки расправиться физически, раздавить морально — все это пережил в те времена отец Спиридон. Но не за себя, а за свою паству, за оставшихся, как овцы без пастыря, верующих людей переживал он. Досталось и его домашним. Матушка Лидия не смогла больше жить со своим супругом-священником и ушла из семьи. Отец Спиридон понимал, что далеко не каждый способен нести мученический крест, для этого нужна крепкая вера.
Еще одно тяжелое испытание перенес отец Спиридон в Шахтах, где от него требовали отречения от сана. Он вспоминает, как по 12 часов подряд его допрашивали, предлагая «добровольно» признать себя безбожником. «Иногда казалось, что я сойду с ума. Но Господь и тут не оставил меня, дал силы вынести и это испытание», — рассказывал он.
Дочь владыки Ювеналия, Нина Спиридоновна, живущая в Воронеже, вспоминает: «Папа один воспитывая нас с братом Михаилом, все делал сам: и стирал, и готовил, и убирал в доме, и управлялся с большим хозяйством — утки, куры, поросенок всегда у нас были. Знаете, не всякая хозяйка может испечь такие вкусные пироги с маком и курагой, хворост, как папа. У него блины получались тонкие, как батистовый платочек, а домашние колбасы и окорок — просто объедение... Бабушка Ульяна, его мама, была смертельно больна, отец заботливо ухаживал за ней. Бабушка очень любила цветы, выращивала георгины, вербены, вербочки, летуньи, гладиолусы, олеандры, ирисы, петушки... Любила ходить в храм непременно с букетом цветов. Она умирала в феврале и очень горевала, что смерть к ней пришла зимой, когда нет ее любимых цветов. Папа купил тогда в оранжерее много разных цветов, чтобы выстлать ими промерзшую зимнюю дорогу, провожая свою маму в последний путь».
Постепенно отец Спиридон пришел к мысли о монашестве, в этом он чувствовал свое предназначение. 26 июня 1968 года наместник Троице-Сергиевой лавры архимандрит Платон (Лобанков) совершил монашеский постриг отца Спиридона. Он получил имя Ювеналий в честь святителя Ювеналия, Патриарха Иерусалимского.
В начале 1970 года отец Ювеналий был назначен настоятелем Успенского кафедрального собора Пензы и нес послушание члена Епархиального совета и благочинного церквей округа. В ноябре 1975 года избран епископом Воронежским и Липецким. Ту Божественную литургию 16 ноября в Свято-Троицком соборе Александро-Невской лавры Ленинграда, за которой митрополит Ленинградский и Новгородский Никодим (Ротов) совершил хиротонию архимандрита Ювеналия во епископа Воронежского и Липецкого, владыка помнил особо. Слова митрополита Никодима, произнесенные им по окончании Литургии, он старался воплощать в жизнь каждый день, неся архиерейское служение.
«Являясь апостольскими преемниками, мы обязаны исполнить тот же апостольский долг — учить словом во всех проявлениях жизни. Но людям нужно не только слышать доброе слово, они хотят видеть доброе дело. И всякое твое учительское слово да будет подкрепляемо постоянным примером личной жизни твоей. С сугубым вниманием следи за собой, чтобы ничто в твоей жизни не было соблазном и камнем преткновения для вверенных твоему попечению. Не ищи ни личных благ, ни удобств, ни человеческой славы», — так напутствовал молодого епископа митрополит Никодим.
Где бы ни служил владыка Ювеналий — сначала на Воронежской и Липецкой кафедре (1975-1982 гг.), а затем на Иркутской и Читинской (1982-1984 гг.) — везде оставался самим собой: энергичным, деятельным, не знающим усталости и покоя, радеющим о Церкви и ее пастве больше, чем о себе. Он никогда не чурался грязной работы. С недоумением смотрели на нового правящего архиерея некоторые священники, когда видели в его руках лопату или косу. Один раз его спросили: «Владыка, мы знаем, что вы сами кирпичи таскаете, мусор носите, в земле копаетесь и коней чистите, а не унижает ли это ваше епископство, нашу епархию»? Владыка Ювеналий ответил со свойственной ему прямотой: «Церковь больше унижаете вы, когда не трудитесь и тем самым являете собой трутня улья. Из истории мы знаем, что многие Патриархи и скот пасли, и молотили, и косили, и землю обихаживали. Апостол Павел сам корзинки плел, палатки делал и говорил, что никто не упрекнет его в том, что он чужой хлеб ест».
Однажды, еще до перевода из Воронежа в Иркутск владыка серьезно болел, лежал в больнице с приступами стенокардии и решил там, что по состоянию здоровья уже отойдет от активной деятельности. Однако когда приехал в Сибирь и увидел, что дел тут невпроворот, сразу забыл о своем обещании.
Куда владыку не переводили, везде он старался быстрее узнать обычаи местности, познакомиться поближе с паствой. Его усердное служение до сих пор вспоминают в Сибири. Границы его епархии тогда были просто необъятны — Якутия, Дальний Восток, Находка, Бурятия, Камчатка, Владивосток. Владыка Ювеналий объездил весь Приморский край, успевал после всенощной добраться к Литургии на другой конец епархии, ехал с проповедью Христа в такие глухие места, что был случай, когда по дороге вдоль Уссурийской тайги за его автомобилем бежал тигр.
26 декабря 1984 года владыка Ювеналий был назначен архиепископом Курским и Белгородским. За более чем 20 лет своего служения на Курской кафедре он открыл десятки православных храмов, возродил жизнь во многих монастырях, основал новые обители. Много трудов потребовалось архиепископу для возвращения Церкви некогда знаменитого на всю Россию Знаменского кафедрального собора, переоборудованного в советские годы под кинотеатр «Октябрь».
В 1989 году мало кто верил, что служители Церкви способны будут преобразить изуродованную, оскверненную за годы безбожия святую землю, где была явлена чудотворная икона Божией Матери «Знамение» Курская-Коренная.
В Курской области были возрождены все старинные обители: Рождества Пресвятой Богородицы Коренная пустынь, Рыльский Свято-Николаевский, Горнальский Свято-Николаевский, Свято-Троицкий монастыри. Основан женский монастырь в честь иконы Казанской Божией Матери.
Крестный ход с иконой Божией Матери «Знамение» Курской-Коренной, имеющий давнюю историю, в начале 90-х годов прошлого века был разрешен властями только по территории Коренной пустыни, затем — до села Долгое, отстоящего от монастыря на один километр. Ныне многотысячный крестный ход в девятую пятницу по Пасхе с молитвами провожает образ Заступницы от Знаменского мужского монастыря Курска до Коренной пустыни, а это около 30 километров.
Большая исследовательская, поисковая работа, благословленная владыкой Ювеналием, предшествовала второму обретению мощей святителя Иоасафа, епископа Белгородского в 1991 году. Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II торжественно перенес их тогда из Санкт-Петербурга через Курск в Белгород.
Важнейшем событием в жизни курского края стало открытие Курской духовной семинарии и православной гимназии, а также принятая губернатором Александром Руцким вместе с архиепископом Ювеналием программа факультативного изучения предмета «Основы православной культуры». Впервые в России этот предмет был введен в курских школах.
Указом Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II от 25 февраля 2000 года владыка Ювеналий был возведен в сан митрополита. 17 августа 2004 года постановлением Священного Синода архиерей был почислен на покой по состоянию здоровья. В том же году принял великую схиму.
Схимитрополит Ювеналий — почетный гражданин Курска и Курской области, обладатель многих высоких церковных и государственных наград.
Живя на покое в Курске, владыка Ювеналий преподал пастве немало уроков любви к Богу и людям, примеров благочестия и истинного христианского смирения. «В своей жизни я дорожил тем, что я — верующий человек и при всех испытаниях, которые мне были ниспосланы, сохранил веру в Бога, — признавался владыка Ювеналий. — Второе, я сохранил верность и уважение всем тем людям, которые достойно ведут себя в звании человека, и, конечно, надо иметь снисхождение к тем, кто согрешает, мы ведь все ошибаемся.
В жизни нужно хранить правду, то есть чистоту совести, пусть из-за нее мы страдаем, все равно, правда в конце концов торжествует. Правдивость побеждает всякую ложь. Но ее нужно вначале обрести, быть твердым и отстаивать ее всегда, пусть это будет стоить нам самой жизни. Вера в Бога и доброе отношение к людям — это и есть высшая правда и высшее состояние души человека, и в этом не должно быть сомнений.
Меня часто спрашивают, каким должен быть сегодня настоящий священник, ведь наша страна уже не та, что была прежде, и в России пришло время «новых русских». А я всегда отвечаю: нам крепко надо держаться православных традиций, мы должны быть «старыми», хотя и не закрытыми от новых добрых веяний. Ведь Христос, перед Которым мы со своей паствой каждый день предстоим, — вчера, нынче и завтра один и тот же».
Да упокоит Всемилостивый Господь душу новопреставленного схимитрополита Ювеналия в селениях праведных и сотворит ему вечную память!
|
