Общие проблемы и вопросы В публикации Марии Сарджишвили рассказывается о простой женщине из грузинского села
13 августа 2014 г.
Верные слова не изящны,
красивые слова не заслуживают доверия.
Добрый не красноречив. Красноречивый не добр.
Знающий не доказывает, доказывающий не знает.
Лао Цзы
Эту протекцию съездить на недельку в Кахетию и отдохнуть в деревенской тиши мне устроила соседка Цира.
– Поживешь у бабушки Нуцы. Условия хорошие; правда, азиатский туалет во дворе, но это не смертельно. Зато сыр, мацони – вот ты, вот ее корова Пакизо… А вода! А воздух!..
Видя, что я не прыгаю от восторга от экологически чистого оазиса, Цира козырнула весомым аргументом.
– А сама Нуца-бебо [1], – на имени хозяйки фазенды было сделано ощутимое ударение, чтобы дать мне подготовиться к принятию особо важной информации, – третий глаз имеет!
Я подумала, что ослышалась. По описанию – типичная кахетинская бабка с коровой, и надо же – «контактер с внеземными цивилизациями».
Цира восприняла мой скептицизм как личное оскорбление и пошла сыпать тяжеловесными фактами:
– Она эхоскопию заменяет. Всем в деревне пол ребенка при месячной беременности предсказывает. Сказала моей двоюродной тете, что родится сын. И правда, Зура родился. Сказала рыжей Элисо (от нас пятый дом через дорогу), что будет девочка. Пожалуйста, девочка. Ее Цицино зовут. Недавно сына женила. И еще…
– Всё, хватит, верю, – я закрыла уши от такого потока совпадений. – Я еду просто отдохнуть. Цена устраивает…
Так я оказалась во дворе у бабушки Нуцы. Окружающий фон соответствовал моим представлениям о деревне. Старый одноэтажный дом, в заросшем травой дворе – колодец, вокруг много фруктовых деревьев. За домом – огород. Мне понравилось с первого взгляда.
Сама Нуца-бебо – бодрая старушка 80 лет, вся в черном, лоб перевязан платком по брови. У нее типичные крестьянские руки, которые за всю жизнь выжали, наверно, несколько тонн сыра и испекли несчетное количество хачапури [2] и мчади [3]. Ничего сверхъестественного и мистического в ее облике я не обнаружила.
Дни здесь были похожи один на другой как початки молодой кукурузы на одном стебле.
Полдень. На повозке, называемой здесь «тачкой», привезли арбузы. Ишак, потряхивая ушами, остановился прямо у моего окна, а его хозяин, привстав на сиденье, прокричал:
– Эй, кому арбузы? 5 тетри кило.
В ответ тишина. Почти у каждого из соседей точно такие же арбузы. Зачем покупать?
Гужевой транспорт покатился дальше. Через какое-то время по улице прошло стадо коров. Нуца вышла за ворота и завела свою Пакизо в сарай.
Затем тишину разрезали характерные звуки струи сдаимого в ведро молока.
Вот и все события.
Так прошел день или два. Не помню, да и не важно.
Бабулька вела себя очень корректно. Утром предлагала свежие молочные продукты. Выясняла, не нужно ли чего дополнительно. С разговорами не приставала.
Я наслаждалась тишиной, лечила побитые городской жизнью нервы и благоприобретенную депрессию.
Нуца-бебо, судя по ровным отношениям с соседями, похоже, прожила свою долгую жизнь, даже не догадываясь о существовании такого мудреного слова, как антидепрессанты.
На третий день этой идиллии во дворе появилась молодая пара аборигенов с целой свитой старшего поколения.
Нуца-бебо тут же напустила на себя сверхделовой вид, семенящей походкой заспешила к колодцу мыть руки. Обтерла их о неизменный фартук и повела парочку в дом. Через какое-то время они снова появились во дворе. Нуца осталась на крыльце – ни дать ни взять как докладчик у трибуны, – помолчала самую малость, пока не достигла напряженной тишины аудитории, потом вынесла вердикт:
– Девочка будет!
Причем сказано это было как «власть имеющий».
Будущий отец, недавно, видно, вернувшийся из армии, убито вздохнул и отвернулся, чтобы скрыть эмоции. Ведь любому кавказцу только мальчиков подавай, а девочки – так, холостой выстрел в будущее.
Нуца-бебо, сдвинув брови, прицыкнула на него со своего постамента:
– На него смотри! Второй мальчик будет. Так Богу угодно!
Вся компания, раскланиваясь и благодаря оракула, проследовала к воротам и отбыла восвояси.
«Бабка-то держит положение, – подумала я. – Вот он, третий глаз в действии!»
И уткнулась в детектив.
Через два дня всё повторилось до мелочей. Визит аборигенов (на этот раз из другой деревни, так как у ворот их ждал облезлый «запорожец»), диагноз контактера и провожание гостей до ворот.
«Да у них тут массовый психоз районного масштаба», – констатировала я с нарастающим раздражением.
Мне во что бы то ни стало захотелось разоблачить это средневековое мракобесие.
Вечером, когда зной спал и Нуца-бебо устроилась с большим тазом под грушевым деревом перебирать лобио, я улучила момент и завела разговор на сельскохозяйственную тематику, в которой ничего не смыслила. Моя хозяйка словоохотливо отвечала. Потом я набралась смелости и спросила без лишних кругов прямо в лоб:
– Как вы, Нуца-бебо, определяете пол месячного зародыша?
Старушка подняла глаза от таза и внимательно посмотрела на меня. Потом слабая улыбка показалась на ее губах.
– Ты первая, кто осмелился меня об этом спросить… Наши деревенские побаиваются меня, и, наверно, потому никогда и не спрашивали. Думают, что я какая-то особенная…
Она молчала, собираясь с мыслями, потом негромко продолжила:
– Поверишь, я и сама не знаю, как это у меня получается… В первый раз я предсказала своей невестке: «У тебя родится мальчик!» И она мальчика родила. Потом еще нескольким соседкам сказала, и всё совпало. Пришли как-то ко мне с другого конца деревни. Говорят: «Вот, три девочки уже есть, хотим узнать, кто там. Если и четвертая девочка – убирать будем. Куда столько?» Я посмотрела и говорю: «Мальчик родится!» Ушли они, а я молюсь про себя: «Умоляю тебя, Господи, пусть родится у Бадри сын!» Наверно, я больше них обрадовалась, когда этот мальчик родился. Потом слава обо мне по всей деревне пошла. Стали ко мне пары приходить, кто ждал ребенка: мол, делать аборт или нет. Муж мне, на это глядя, тогда сказал: «В соседней деревне одна заговорами бесплодие лечит. А ты чем хуже?» Сперва мне стыдно было деньги брать. Но визитеры сами давали, кто сколько мог… Ты же знаешь, люди так устроены, – тут она тихонько засмеялась. – То, что бесплатно, оно и не ценится. А когда деньги берешь, уже отношение другое. Уважительное. К тебе прислушиваются…
«Ну и бабулечка! – поразилась я. – Бакалавр психологии плюс бизнесвумен».
– …А по мне – лишь бы люди своих детей не убивали. У меня мать от подпольного аборта умерла. Осталась я сиротой в 12 лет. С тех пор и ненавижу я это дело.
Она замолчала, видно, уносясь мыслями куда-то далеко. Но я поспешила вернуть ее сюда, в прекрасное сегодня.
– И что же, никогда не ошибались в своих предсказаниях?
У меня в голове не укладывалось такое «везение».
– Как нет? Ошибалась. Бывало. Но я дело так повела. С умом. Придут, скажем, ко мне очередные гости. Я прошу их подождать вот тут, а сама с беременной захожу в другую комнату. Какое-то время держу руку на ее животе, потом говорю, кто будет. Причем если хотели мальчика, то я им так и говорила: да, мол, ждите сына. А в блокнот себе записывала фамилию матери и рядом мой диагноз – иногда противоположный. Если приходили со мной потом ругаться, я им показывала свои записи… – тут она смешно передразнила искреннее удивление: – «Вай, что вы говорите? Девочка вместо мальчика? Но у меня тут как раз так и записано! Это я вас расстраивать не хотела». Комар носа не подточит!..
Я уже не знала, как это классифицировать: психолог, артистка или непризнанный миром мудрец – кто передо мной сидит и как ни в чем не бывало раскрывает свои трюки?
– Вот ты, городская, наверно, умнее меня в несколько раз, – обратилась она ко мне, оторвавшись от своего занятия. – Ну какая людям разница: сын или дочь? Бог лучше нашего знает, кто где будет более нужен. Главное, чтоб человек пришел в этот мир. И тут чаще всего радость большая. Потому и магарычи мне несут, а претензии редко предъявляют… Только это всё недолго длилось. Лет десять, что ли. Уже точно не помню. В 1980-х годах эхоскопию ввели. Не нужна я стала…
Тут только мне представилось, какое огромное число абортов было сделано по причине «не того пола» хотя бы в масштабах Грузии. Вот тебе и технический прогресс.
– Но до сих пор люди помнят обо мне и иногда приходят. Мне местные больше верят, чем эхоскопии, – Нуца-бебо сгребла остатки лобио и стала пересыпать его в мешочек. – Хотя выходит, что я большая грешница. Полжизни обманом жила и еще деньги на этом делала… Возраст, он ответа требует. И всё же надеюсь: милостив Господь. Если каждый человек, кому я обманом родиться помогла, свечку после моей смерти зажжет по мне, то там, – Нуца-бебо указала глазами на небо, – светло будет, как днем. Людей-то таких много, почитай, пол нашего района живет и здравствует.
Я смотрела, как она привычно четкими движениями завязывала узел на мешке с лобио. Не знаю как вам, но мне захотелось поцеловать эти шершавые, с въевшейся в трещины чернотой руки. Потом, конечно, сдержалась. В деревне не понимают таких киношных, чувствительных порывов. А жаль.
13 августа 2014 года
__________
[1] Обращение к бабушке (груз.)
[2] Хачапури – национальное грузинское блюдо, пирог с сыром, без которого ни один стол в Грузии не считается достойно накрытым.
[3] Мчади – лепешка из кукурузной муки тонкого помола, заменитель пшеничного хлеба в том числе.
Источник: Православие.ру
| 
